На главную

 

Слово приснопамятного архиепископа Венского и Австрийского Нафанаила (Львова; + 1986 г.)
о равноапостольном Владимире

Послезавтра — праздник святого князя Владимира. О нем много говорилось и писалось во всем русском Зарубежье двенадцать лет тому назад, когда праздновалось 950-летие крещения нашего народа.

И все таки сколько еще не до конца разъясненных вопросов связано с ним, с нашим святым князем, создателем святой Руси.

Зададимся одним, самым больным вопросом: как мог Всесильный Господь, без воли Которого волос с головы не падет, допустить тридцать три года тому назад превращение наследия святого Владимира, его державы — святой Руси, в ее полярную противоположность, в царство Зверя? Можно ли ждать возрождения святой Руси и когда?

Что такое святая Русь, и чем она связана со святым Владимиром?

Принимая святое крещение и крестя свой народ, святой Владимир так глубоко и действенно загорелся новой верой, что по ней всецело перестроил и свою жизнь и жизнь народа. Следовательно, он поверил «всерьез», а значит и молитва его, которую совершал он в момент крещения киевлян, была искреннейшей в наибольшей степени. Он знал, что его молитву в такой момент Господь выполнит, чего бы он ни попросил.

И вот, он просит не славы, не богатства, не силы для своего народа, а: «даждь, Господи, людям сим познати Тебя, Истинного Бога. Утверди веру в них праву, несовратну, и мне помози, Господи». Этой молитвой определилась вся дальнейшая судьба России: наша родина защищалась от недругов, расширяла свои владения, укрепляла рубежи напряженным подвигом поколений, служивших своей стране «от младых ногтей до елика сил хватит», т. е., всю жизнь, не для того, чтобы сделать себя или свой народ более сильным, славным или богатым, а для того, чтобы служить Божией правде, святому Православию. Все же остальное — сила, слава и богатство — пришли к нашему народу, как приложение, во исполнение слов Христовых: «ищите прежде Царствия Божия и Правды его, и вся приложатся вам».

Мог ли Господь допустить, чтобы такое государство, построенное религиозным подвигом поколений, превратилось бы в государство, не желающее знать никакого религиозного смысла своего существования, но полагающее своими целями лишь земную силу, славу и богатство?

А между тем, за последние столетия все ведущие течения в нашей стране влекли наш народ и наше государство именно на путь отступления от служения Божией правде. И народ в подавляющем большинстве так или иначе пошел за этими соблазняющими призывами, а голоса, звавшие его к верности Богу и Его Правде, раздавались все глуше, все неслышнее, так что в последние десятилетия перед катастрофой с этими голосами уже никто не считался в государственной жизни, хотя как раз в это время такие призывы гремели из уст величайшего чудотворца Русской земли, отца Иоанна Кронштадтского, и из уст учителя Церкви, по силе разума равного древним отцам и учителям Церкви — митрополита Антония.

Господь не мог допустить внутренней неправды: постепенного, внешне незаметного, безболезненного превращения Православного Царства в лаическое государство без веры и правды.

Поэтому Господь попустил, чтобы на нашей Родине силы зла, соблазняющие народы, раскрылись сразу до конца и обнаружили всю свою сатанинскую сущность, лживость и жестокость. Созданная святым подвигом Россия не могла остановиться на полпути, соблазняющем внешним благополучием. Она сразу прошла до конца весь путь, на который зовут антихристианские силы и до конца обнаружила кровавую жестокость и лживость этого пути.

Как и всегда, Господь попустил злу проявиться для того, чтобы люди, встретившиеся со злом, оттолкнулись от отвратительного лика зла и рванулись к Божиему свету.

Выполнился ли этот Божий план в русском народе?

Да, отчасти. Мы знаем, что в среде русского народа есть горячее, могучее и всеобщее чувство отвращения от сил зла, полонивших его.
Но там, на родине, проявиться этому спасительному чувству отталкивания от зла мешает сама порабощающая сила зла.

Поэтому так особенно ответственна позиция свободных частей русского народа, тех, кто находится в изгнании и может проявлять свою свободную волю. На нас как бы проверяет Господь, способен ли русский народ к нравственному возрождению.

Но есть ли у нас в эмиграции то, чего ждет от нас Господь: во-первых, бескомпромиссное, неподкупное отвращение от лживого и жестокого лика сатаны, проявившегося на нашей родине, а во-вторых, стремление строить свою жизнь и жизнь всего нашего народа на основаниях, имеющих непреходящую вечную ценность, ради которой создавалась наша Родина и ради которой ей даны были Богом и силы и богатства?

Увы, и того, и другого у нас недостаточно.

Целые большие течения в нашей среде не отталкиваются от зла. 23 года тому назад, всего через семь лет после того, как мы покинули нашу Родину, когда еще не высохла кровь наших братьев и сестер, убитых на наших глазах, огромные массивы русской эмиграции, и церковные и общественные, и политические, вопреки голосу того же святителя, который в предреволюционные годы звал к верности святой Руси, потянулись на компромиссы с сатанинской силой, на «лояльность к советской власти», на «признание ее успехов», на отказ от борьбы. И потом еще несколько раз повторялись эти нравственные падения.

В еще большей степени мы не выполнили второго условия, при котором Господь может помиловать нас. И здесь, в изгнании, общественными и политическими идеалами, к которым зовут руководящие течения и за которыми идут основные движения эмиграции, остаются все те же лаические безрелигиозные обездушенные идеалы, не имеющие вечного значения, подлинного смысла и ценности.

А за теми, кто звал и зовет к служению Божией правде, к тому, чтобы искать прежде всего Царствия Божия и Правды Его, как не шли русские люди в предреволюционные годы в России, так не идут сколько-нибудь заметно они и в изгнании.

Может ли при этих условиях Господь помиловать нас?

Конечно, нет. Не может. Если не мог Господь допустить, чтобы святая Русь стала внутренне бездушным лаическим государством, то тем более не может Господь допустить торжества общественных и политических течений, продолжающих и после всего пережитого кланяться все тем же бездушным кумирам, мертвым и слепым богам. Передать этим внутренне пустым течениям наследие святого Владимира, им заложенные и во имя Божие подвигом его преемников выкованные силы, было бы несправедливостью по отношению к святому Владимиру и к тем поколениям русских людей, которые строили наше государство для служения Божией правде, а не сытости и благополучию.

Путь к возрождению, к стяжанию Божиего помилования лежит в возвращении на пути святого Владимира, в том, чтобы признать Божию правду главной целью всей жизни, и частной, и общественной, и государственной, и по этой правде строить все остальное.